Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

Как хотелось и ожидалось, «Страдающее Средневековье» взяло «Просветитель-2018» во всех номинациях!!!

Телевизионная фантазия с параллельным монтажом

В новостях в очередной раз поднимается лёгкий шум по поводу отключения аналогового телевещания в России и того, что слишком у многих есть только аналоговые телевизоры, а декодеры типа дефицит и вообще новые коробочки могут оказаться слишком сложными для пользователей, а то и слишком дорогими (самый дешёвый приёмник DVB-T2 с аналоговым выходом стоит что-то в районе 800 рублей... впрочем, для тех, кто умудряется жить на несколько тысяч в месяц, это действительно тяжкая сумма). А полное отключение аналогового сигнала планируется уже на вторую половину января 2019 года.
ОСТОРОЖНО, САТИРА! В тексте упомянуты реальные люди без их согласия.


20 января 2019 года, полдень
Жители малых городов, посёлков, сёл и деревень необъятной уже неделю сметают с полок сельпо и районных универмагов все декодеры, до которых могут дотянуться. Некоторые из них, придя после неудачной охоты на заветную коробочку домой или не осилив с первой попытки её подключение, привычно тыкают в стёршиеся кнопки на пульте. С некоторым удивлением они видят там не десятый сезон сериала о ментах, не пиджак Андрея Малахова и не кашпирующего Дмитрия Киселёва. Они оцифровались и стали недоступны.
На экране, присыпанные помехами, возникают голубые глаза г-на Н., рассказывающего об очередных дачах, яхтах и растратах. Сеанс разоблачений сменяет развлекательная программа для домоседов, ведомая Васей Обломовым и Васей Ложкиным (специальный гость — Виктор Пузо в роли стендап-комика). После приколов с котиками наступает время исторического экскурса от Леонида Парфёнова, следом за которым Никита Жуков, Александр Панчин и Сергей Белков беседуют со зрителями о медицине и здоровой пище. Далее о красотах и быте Средней Азии рассказывает Илья Буяновский. Семичасовые новости читает Михаил Осокин, в них нет ни президента, ни премьер-министра. В рекламных блоках вместо зубной пасты, подгузников и скидок на гамбургеры — ссылки на каналы в телеграме и реклама VPN-сервисов. Неоцифрованная часть населения недоумевает, но продолжает смотреть, потому что больше смотреть нечего. Информация о странном поведении телевизора разлетается по пабликам как лесной пожар, школьники бросают компьютеры и смартфоны, а особо сметливые направляют камеры телефонов на телевизоры и стримят вконтакте, на фейсбуке и в инстаграме для тех, кто оцифровался давно и окончательно до полного обестелевизоривания. Медуза и Лента.Ру запиливают технически правильные рестримы и текстовые онлайны, но в рубриках курьёзов. Юрий Дудь выпускает экстренный ролик, в котором интервьюирует сам себя, чтобы доказать, что он тут не при делах, но просмотров набирает в десять раз меньше обычного, потому что с таким телевизором Дудь не нужен. Скандалы, интриги и расследования в двадцать часов по Москве берут на себя Даниил Туровский, Илья Жегулев и Таисия Бекбулатова. Итоговую информационную программу ведёт Андрей Коняев. Духовно окормляет благочестивых сограждан перед сном Александр Хмелёв. Затем показывается кинокомедия «Смерть Сталина», дублированная Пучковым и Володарским. Остаток ночи забивается архивными записями концертов Егора Летова, «Сектора Газа» и «Коррозии Металла», но уже поздно, поэтому мало смотрит эти концерты, и лишь самые стойкие досиживают до подутренного килогерца с настроечной таблицей, в центре которой флаг с кассетой вместо черепа над костями. Затем экран снова покрывается помехами.

Двумя неделями ранее
Пока народ пребывал в новогодне-рождественской коме и тихо из неё выходил, по стране партизанами взбирались на сопки и высоты неприметные фургончики со списанным оборудованием. Неподозрительные на первый взгляд, но вёрткие личности в обвесе промальпинистов ночами латали фидерные кабели на заброшенных и не очень радиомачтах. В крупных городах на крышах многоэтажек внимательный наблюдатель, если он находился поблизости, замечал сквозь вьюгу силуэты, подозрительно похожие на монтажников радиорелейных линий связи. После себя они оставляли парочку незаметных антенн снаружи и небольшие ящики на чердаках, присыпанные на всякий случай пылью и голубиным помётом (у одного из обывателей в подъезде незадолго до этого на десять минут пропадал интернет, но он этого не заметил, выскребая остатки новогоднего оливье из холодильника).

21 января 2019 года
Поднятый по тревоге личный состав управлений «К» всех ведомств прочёсывает местность в компании приданных служащих Росгвардии и солдат срочной службы, но вся эта рать находит лишь занесённые снегом следы пенорезиновых унтов возле допотопных передатчиков, рядом с которыми выкашливают последние капли разбавленной солярки дешёвые электрогенераторы. Роскомнадзор молчит невразумительным твитом. Следственный комитет пытается возбудить дело в отношении неустановленного круга лиц, но не может найти подходящую статью. Патриотически настроенные граждане в соцсетях возмущаются очередной «прохлопанной вспышкой» и «диверсией вашингтонского обкома». Депутат Яровая предлагает ввести уголовную ответственность за аналоговое телевещание, её поддерживают депутаты Милонов, Дегтярёв и Плетнёва, но Минюст и Минцифры присылают на законопроект отрицательный отзыв, мотивируя его невозможностью наказания за то, чего больше не существует. Протоиерей Дмитрий Смирнов анафематствует. Евгений Сатановский в эфире радиостанции «Вести FM» саркастически острит, напоминая, что радиовещание в России пока ещё аналоговое, да и дисковыми телефонами до сих пор кое-кто пользуется, и даже очень секретный кое-кто, так что если уж запрещать, то сразу всё — и управление связи ФСО, и пишущие машинки в канцеляриях госорганов. Кремль не комментирует.

Спустя неделю
Федеральное правительство на средства из резервного фонда тайком скупает все китайские запасы цифровых приёмников телесигнала и раздаёт их нуждающимся через собесы. К 23 февраля телевизор снова зазомбировался и в стране настала, наконец, цифровая благодать.

На самом деле «пиратское телевидение» существовало и существует, только точечно и незаметно. Всякие леваки и контркультурщики врубались маленькими локальными передатчиками в эфир популярных каналов на очень небольших территориях с 1968 года и иногда продолжают это делать чуть ли не до сих пор (нелегальный цифровой мультиплекс сделать сложно, но можно). Причём первый раз такая штука была описана ещё в английской кинокомедии Band Waggon 1940 (!) года — телевизоров тогда во всём мире было от силы несколько сотен (в Германии, Англии и Штатах)

Иконография и канцелярия (поддержания активности аккаунта псто)

Эта неделя у меня проходит под знаком средневековых книжных иллюстраций (я ещё и цветокоррекцией для некоего крупного издательства занимаюсь иногда) с перерывами на более обыденную съёмку чиновников.
Иллюстрации эти будут в книге «Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии», написанной Михаилом Майзульсом, Сергеем Зотовым и Дильшат Харман.

Так вот. 90% маргиналий (рисунков и заметок на полях... и некоторые, кстати, бьют рекорды непристойности даже с самой вольнодумной точки зрения), огромное количество буквиц и солидная часть собственно иллюстраций выполнены обычными писцами. Возможно, вопреки тому, что многие из вас читали в «Имени розы», хотя Умберто Эко, по утверждению одного из авторов готовящейся книги, был определённо в теме.

Collapse )

Почему японские камеры стали лучшими? (программная статья)

Недавно мне задали вопрос: «Почему японские камеры стали лучшими?» Вкратце — это прямое следствие поражения Японии и Германии в войне, и особенностей японского национального характера. Букв немало, но историю фототехники от истории общей и политической оторвать нельзя никак. В этом тексте я попытаюсь проследить, из чего сложился тот фундамент, на котором выросли японские фототехнические колоссы.
Collapse )

Argus C3 «The Brick». Зоркий на американский лад.

Вчера мне почта принесла (из Ульяновска за 4 дня, прямо чудеса какие-то — Почта России доставила что-то по графику) ещё один кирпичик практических познаний об американской фотоаппаратуре. В прямом смысле кирпичик: фотоаппараты Argus серии C прозвали The Brick за идеально параллелепипедную форму корпуса и дьявольскую выносливость. Далее длинный рассказ.


4836689293


Collapse )

Douglas DC-3 и исторические цены

Этот пост вырос из разговора со steal86, точнее, из его вопроса: «А сколько тогда стоил авиабилет?». Ответ получился столь длинным и подробным, что я счёл грешноватым прятать его в логах мессенджера. Вместо этого я слегка отредактировал текст и выложил его сюда.

На днях я в очередной раз зарядился фильмами и статьями о своём любимом самолёте, Douglas DC-3. В одном из фильмов мелькают столовые приборы American Airlines конца 1930-х с ручками в виде силуэта DC-3. Я питаю слабость к таким мелочам, так что полез на eBay посмотреть: а вдруг ещё есть такое. Есть, — и ножи, и вилки, и ложки, и вполне можно купить. Даже цена вполне понятная, от 700 до 3000 рублей примерно (в зависимости от количества приборов в лоте, их состояния и наглости продавца, плюс доставка). Тяжёлые и вполне себе эксклюзивные мельхиоровые приборы и сейчас вряд ли стоят дешевле... Лёшин вопрос заключался, собственно, в том, выгодны ли были авиаперевозки, раз компании заказывали такие столовые приборы для пассажиров (с неплохими шансами этих приборов лишиться), и сколько стоил билет.

Наследственный зуд историка-любителя и журналистское шило в филеях заставили меня полезть за достоверной информацией, хотя я мог ограничиться ответом «да, выгодно и очень дорого».

Collapse )

Журналисту на заметку

«Верстальщик холодно цедит: у вас сто строк». Эта цитата из Ильфа и Петрова всплыла в моей голове при разговоре с коллегой о том, сколько знаков нужно хорошей статье. Собственно, я об этом вспоминаю каждый раз, когда верстаемый мною текст не лезет в отведённые ему рамки.
Почему у фельетонистов и репортёров эти слова вызывали тоску и негодование? Что же такое «сто строк»? Почему нынешним журналистам и верстальщикам это ничего не говорит?
В ильфопетровские времена текст набирался на линотипах (смесь пишущей машинки с наборной кассой) и верстался блоками вручную. Строка была частью колонки и одной из единиц измерения. Если взять центральную советскую газету тех лет («Правда», «Известия», «Комсомольская правда», «Гудок»…), можно увидеть, что вёрстка там в семь колонок, а высота колонки за вычетом колонтитулов – 150 строк. В одной строке стандартного набора в среднем было 33 знака (на линотипах 1920-30-х годов с интервалами не поиграешь так, как в современной компьютерной вёрстке), либо 20-25 знаков, если набирали вразрядку. Таким образом, сто строк – это расширенная заметка или короткий фельетон, и такой материал занимал чаще всего две колонки в треть высоты полосы формата советской газеты, набранные петитом (8 пт) или боргесом (9 пт). Формат полосы был близок к нынешнему А3, а полос было четыре. Стандарты, безусловно, менялись со временем, и даже тогда не все советские газеты руководствовались именно ими. Но Ильф и Петров работали как раз в «Гудке» и «Правде», и именно в конце 1920-х и в 1930-е годы.
Забив такую газету текстом сплошь, получим 130 тысяч знаков. На самом деле знаков 138600, но не забудем о шапке и выходных данных (30 строк в семи колонках на первой полосе и 5 строк в семи колонках на второй или четвёртой полосе). Излишек для ровного счёта оставим на висячие строки и абзацные отступы.
Но газета – это не только текст. Это разнокалиберные заголовки, карикатуры, фотографии, объявления, виньетки… подписи авторов и корреспондентов, в конце концов. Некоторые типы материалов набирались меньшими кеглями – нонпарелью (6 пт) и миньоном (7 пт). Поэтому от 130 тысяч останется, скажем, 100.
В эти сто тысяч знаков нужно было вместить официозную передовицу (информация Политбюро ВКП(б) или Совнаркома, или, скажем, статья «О культурной работе комсомола»), сообщения о международных делах (часто занимавшие остаток передней полосы), обычные новости, телеграммы, фельетоны, очерки, авторские публикации, сообщения корреспондентов и внештатников-рабкоров со всей страны, хронику происшествий, письма читателей, некрологи, объявления, программу Всесоюзного радио, прогноз погоды и прочие материалы.
Для сравнения: хорошая журнальная статья – это 12-15 тысяч знаков. Лимит ЖЖ на длину коммента – 4300 знаков. Наконец, 140 знаков твиттера – это пять строк (четыре с висячкой), в такой объём вполне вписывается не только молния, но и просто короткая содержательная новость. Например, в «Комсомолке» от 9 марта 1927 года: ШАХМАТНЫЙ ТУРНИР. Нью-Йорк, 7. В 11 туре Видмер и Шпильман сделали ничью. Партии Алехин – Нимцович и Капабланка – Маршалл – отложены. Заголовок занимает три строки, сам текст новости – 133 знака в 4 строках.
Этот пост уместится в сто строк: 3222 знака, заголовок и подпись.

Graflex RB series B



Я редко пользуюсь инстаграмом, но другой цифровой камеры у меня не было с собой (и цветной плёнки тоже не было).

steal86 позирует с зеркальной камерой Graflex RB series B 1923 года выпуска. Этот аппарат работает точно так же, как и 90 лет назад, даже лучше, потому что лучше стали плёнки. Формат - 4х5 дюймов (чуть больше европейского стандарта 9х12 см). Объектив – Kodak Anastigmat 7,5 дюймов (190 mm) f/4.5. Collapse )

Слабительного для пчоты псто

Пчота Роиссе в самом деле получила слабительное: до меня дошла посылка из Японии (HobbyLink Japan, две сборные модельки из Initial D), которую заказывал semotaku около полугода назад, и о которой он успел забыть, вспомнить, списать как пропажу, снова забыть и вспомнить со второй попытки после моего вчерашнего звонка. Отправлена из Татэбаяси 14 ноября 2012 года, "импортировалась" 14 апреля 2013-го, прибыла в почтовое отделение 23 апреля, забрана полтора часа назад. Так что если вы считали что-то потерянным безвозвратно, то оно может внезапно объявиться. Рекорд для простых посылок из Японии, кстати, побит на две недели по сравнению с Великим Почтовым Запором 2010 года. Hashire Sengoku Jidai ni!*


*примерно "Вперёд, в Средневековье!". Около пяти месяцев, при удачном стечении обстоятельств, требовалось в XVI-XVII веках для того, чтобы товары, посылка или письмо дошли из Нагасаки в Амстердам.

Every inch a.... или У рекламщиков Apple закончились идеи?

Болтали мы вчера со steal86 про графлексы. Он их в последнее время скупает разве что не оптом, а я подумываю пополнить свою небольшую коллекцию старых интересных рабочих камер Pacemaker (или даже простым) Speed Graphic 23. 4х5" мне всё же крупноват, плюс возня с листами, а тут небольшой в сложенном виде аппарат, сразу обычный ролльфильм с кадром 6х9 или 6х6, объектив подлиннее или пошире всё равно можно поставить. А так, сказал я:
– Every inch a Graphic. Ну как у iPad mini, every inch an iPad.
– Стоп! – сказал Лёша. – Как раз-таки Graphic, а вовсе не iPad. Сейчас покажу.

И показал – вместе с графлексами Лёша скупает почти всё, что к ним относится, недавно ему приехала пачка старых реклам и буклетов. Действительно, довольно сложно считать это не плагиатом. Даже если учесть, что "нот всего семь", да и задача схожая: продать уменьшенную версию популярного устройства. В общем, смотрите сами и думайте. Нам кажется, что если бы Graflex не скончался тихо в 1973 году, одному рекламному отделу сейчас бы был вчинен иск о плагиате на весёлую сумму. Картинки уменьшены, чтобы не разнести вам ленту.


Три листочка из фотожурналов 1953 года и три рекламы iPad mini 2013 года. Похоже, не правда ли? На тексты тоже обратите внимание, дело всё в них (мало ли что с ладонью сравнивается...)




По сравнению с современной рекламой в старых, кажется, многовато букв и деталей. Но вчитайтесь: в них нет никакого намёка на враньё или преувеличение. Напротив, всё описывается предельно честно, разве что недостатки не упоминаются (впрочем, сравнительно с европейскими аналогами, недостатков что у Graflex, что у автомобилей, что у других американских товаров 1920-1960-х годов, действительно было очень мало). А кроме того, эта реклама не только просит купить, но и информирует (и не говорите мне, что продавцы не любят информированных покупателей). Она говорит не только об одной ключевой характеристике устройства, но сразу отвечает на многие вопросы, показывает товар не только лицом, рассказывает о большинстве принадлежностей и возможностей, предлагает ещё более подробную информацию и, конечно же, сообщает, где и почём.

Кстати, не обманитесь ценниками: инфляция не дремлет, и цены 1953 года нужно умножить на 8.65. То есть Pacemaker Speed Graphic 23 стоил, на сегодняшние деньги, от 2056 долларов. Очень похоже на Nikon D600 или EOS 6D... однако где у современных аппаратов штатные возможности перспективной коррекции и макросъёмки? То-то же. Да и автофокус немного не тот у младших камер по сравнению с топовыми, и скорость реакции. Так что реклама шестидесятилетней давности куда честнее: тогдашние фотографы, покупая PSG23, действительно получали абсолютно те же возможности, что и покупатели PSG 4x5, но при меньших габаритах (и даже широкоугольники на месте: там, где на 4х5" было 65 мм, на 2х3" было 47 мм; в телевиках меньшая камера выигрывала. Примерно как нынешние кропнутые цифрозеркалки). Впрочем, как раз тут Apple блюдёт традицию, хотя полностью реклама iPad mini будет соответствовать действительности, когда выйдет его следующая версия, с Retina-дисплеем.